Телефон:
+7 (908) 590-52-56

Получить консультацию

К вопросу об основаниях института давности в уголовном праве.

К ВОПРОСУ ОБ ОСНОВАНИЯХ ИНСТИТУТА ДАВНОСТИ В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ

 

 

Бибик Олег Николаевич - кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского (Омск).

 

Рассматриваются предлагаемые наукой и судебной практикой основания применения давности в уголовном праве. Критикуется точка зрения о том, что основанием является утрата лицом общественной опасности. Делается вывод, что, если по прошествии времени преступление (стимул) больше не вызывает общественного резонанса, наказание перестает выступать в качестве действенной реакции на совершенное противоправное деяние.

 

Ключевые слова: давность в уголовном праве, международные преступления, неприменение сроков давности, психика, психология, эмоции.

 

 

Разрыв во времени между преступлением и наказанием имеет принципиальное значение в уголовном праве. Н.С. Таганцев писал: "Всепоглощающая сила времени стирает вредные следы, оставленные преступлением, успокаивает взволнованную общественную совесть, делает наказание актом бесцельного возмездия, не соответствующего существу и достоинству карательного государственного правосудия". По словам А.А. Пионтковского, время стушевывает общественный интерес преследования преступника; "запоздалое преследование, не может удовлетворить и успокоить общество, а способно скорее породить недовольство и ропот".

 

Появление давности в уголовном праве, безусловно, является свидетельством культурного прогресса, отражает его движение "от эмоций к сознанию". Например, во времена кровной мести давность как таковая вовсе не имела значения. Мститель мог десятилетиями дожидаться удобного случая для исполнения задуманного. Наличие института давности в уголовном праве характерно для достаточно зрелых правовых систем. Так, в римском праве он появился после падения республики, в германском праве - со времени рецепции римского права, во французском и русском праве - в конце XVIII в. Развитие культуры детерминирует изменения института уголовных наказаний, в том числе его подчинение сознанию субъекта и минимизацию негативного влияния эмоций на его функционирование.

 

Высказывалась точка зрения, что давность обусловлена отпадением общественной опасности деяния, отсутствием возможности достичь целей общего и специального предупреждения спустя длительный период времени, процессуальными трудностями, связанными, в частности, с исчезновением следов преступления, утратой доказательств. Указанные обстоятельства необходимо учитывать при применении давности, однако сами по себе они не могут рассматриваться как обоснование наличия данного института .

 

Существует также мнение, что давность зависит от характеристики личности, которая меняется со временем, вследствие чего снижается общественная опасность преступника, а с ней и необходимость его наказания. Об этом писал, например, И.Я. Фойницкий. При отпадении общественной опасности деятеля по истечении сроков давности наказание рассматривается как возмездие.

 

В научной литературе нередко приводится следующий пример, свидетельствующий об утрате общественной опасности лицом, совершившим преступление. В 1922 г. мужчина участвовал в налете, в ходе которого вооруженные обрезами бандиты убили потерпевшего и его четверых детей в возрасте от 14 до 22 лет, облили трупы бензином и сожгли их. Виновный, изменив фамилию, данные о годе и месте рождения, скрылся от следственных органов. В 1924 г. он вступил в комсомол, был направлен на учебу, окончил медицинский институт, несколько лет работал врачом, в период Великой Отечественной войны служил в Советской армии в качестве ведущего хирурга нескольких госпиталей. Затем виновный защитил кандидатскую и докторскую диссертации, получил звание профессора, работал заведующим хирургическим отделением одного из медицинских институтов. В 1968 г. этот человек был задержан как участник бандитского налета в 1922 г.

 

По нашему мнению, в данной ситуации отсутствует необходимость в наказании, так как была утрачена цель возмездия: субъект возместил обществу причиненный вред своим добросовестным трудом, службой в армии, научными достижениями. В связи с этим социальная справедливость была восстановлена без применения наказания. Поэтому обоснованным является мнение В.В. Мальцева о том, что нецелесообразность применения уголовной ответственности согласно ст. 78 УК РФ "в значительной мере опирается на невозможность "восстановления социальной справедливости"...".

 

В.Е. Смольников, сторонник обоснования сроков давности исключительно утратой общественной опасности лицом, совершившим деяние, при рассмотрении вопроса о неприменении указанных сроков к международным преступлениям, совершенным в период Второй мировой войны, отмечает со ссылкой на Указ Президиума Верховного Совета СССР от 4 марта 1965 г., что "совесть и правосознание народов не могут мириться с безнаказанностью фашистских преступников...". Если лицо может в принципе утратить общественную опасность, то неясно, почему автор сделал исключение для международных преступлений. Их тяжесть подчеркивает скорее необходимость восстановления справедливости, нежели пожизненное отнесение субъекта к числу общественно опасных индивидов. Не случайно после принятия парламентом ФРГ закона о сроках давности для нацистских военных преступников в 1965 г. правительство СССР выступило с заявлением об обязательности справедливого возмездия в отношении этих лиц.

 

В.Е. Смольников критикует признание возмездия целью наказания, обусловленной требованиями справедливости, а также обоснование института давности забвением деяния и чувством несправедливости со стороны общества в случае применения наказания к преступникам по прошествии значительного периода времени. Он, в частности, пишет: "Если даже предположить, что исполнение в таком случае приговора может вызвать чувство несправедливости, то все равно нет причин утверждать, будто существование нормы о давности исполнения приговора зиждется на эмоциональной, а не на рациональной основе". Мы полагаем, что такой подход приводит к недооценке психических процессов, которые как раз и обусловливают давность в уголовном праве.

 

Справедливо отмечалось, что давность теснейшим образом связана с теми чувствами, которые испытывает общество, взволнованное фактом преступного деяния. Так, Д. Стифен полагал, что уголовное правосудие играет ту же роль для чувства обиды, какую играет брак по отношению к страсти . Поэтому в английском праве признается, что по прошествии времени после совершения преступления наказание считается нецелесообразным. В русском уголовном праве преступление не случайно именовалось оскорблением (обидой), совершение которого вызывает необходимость ее удовлетворения посредством наказания. По прошествии определенного времени отсутствие реакции делает наказание ненужным по причинам, связанным с психическим восприятием субъектом соответствующей ситуации.

 

В отличие от социологической школы уголовного права, привыкшей видеть причины всех бед в общественной опасности личности, культурно-историческая психология предлагает более рациональный подход к вопросу о поведении человека: норма уголовного права суть символ, лишь опосредующий наказание как специфическую реакцию человека на стимул, в роли которого выступает преступление. Эмоции человека являются неотъемлемым атрибутом его поведения, а потому они неизбежно влияют на конструирование нормы и ее применение. Общество воспринимает ситуацию, учитывая все ее аспекты, в том числе характеристики как поступка, так и человека, его совершившего, иные обстоятельства. При этом основным критерием оценки ситуации и определения давности применительно к преступлению считается тяжесть уголовно наказуемого деяния. Не случайно законодатель выбрал данный признак для установления сроков давности, на что обращает внимание как доктрина, так и судебная практика. Следует заметить, что установление давности в зависимости от тяжести преступного деяния и даже запрет давности широко практикуются в уголовном законодательстве зарубежных стран .

 

Поскольку реакция на преступление преломляется через психику человека, неудивительно, что временной интервал между преступлением и наказанием столь важен. По прошествии времени преступление (стимул) уже не вызывает соответствующих эмоций и чувств, что лишает наказание возможности выступать в качестве действенного ответа на совершенное уголовно противоправное деяние.

Давность в уголовном праве обусловлена механизмами памяти, которыми пользуется человек. Под памятью понимается "запечатление (запись), сохранение и воспроизведение следов прежнего опыта, дающего человеку возможность накопить информацию и иметь дело со следами прежнего опыта, после того как вызвавшие их явления исчезли". Эмоции играют не последнюю роль в процессе запоминания и хранения информации. И хотя негативные эмоции закономерно вытесняются из сознания и человек старается их не переживать повторно, напоминание о событии, вызвавшем эти эмоции, способно вызывать самую острую реакцию еще очень долгое время.

 

Как уже было сказано, не имеют срока давности международные преступления, в том числе военные преступления, преступления против мира, преступления против человечности (ч. 5 ст. 78, ч. 4 ст. 83 УК РФ). Это безусловно касается злодеяний, совершенных в период Второй мировой войны. Преследование виновных в них лиц по-прежнему актуально. По некоторым данным, свыше 1 тыс. уголовных дел продолжает расследоваться в отношении нацистских преступников.

 

В качестве примера, подчеркивающего психологическую основу сроков давности, можно привести дело Ивана Демьянюка, виновного в совершении в годы Второй мировой войны международных преступлений, в результате которых погибло более 28 тыс. человек. На момент вынесения приговора Демьянюк был серьезно болен, передвигался в основном на инвалидной коляске, достиг возраста 90 лет, а со времен совершения им преступлений прошло более 60 лет <1>! Видеть в инвалиде, глубоко больном человеке общественно опасную личность - абсурд. Поэтому больше оснований считать, что в деле Демьянюка давность не могла быть использована ввиду того, что чудовищные страдания, которые он причинил потерпевшим, и по прошествии достаточно длительного времени продолжают вызывать резонанс в обществе. Н. Кристи, который наказание главных военных преступников Второй мировой войны именует возмездием, констатирует: "Общество требует незамедлительных и ясных ответов, если под угрозой оказываются его фундаментальные ценности, как это было в эпоху нацизма" .

 

Отечественный уголовный закон (ч. 4 ст. 78 УК РФ) предусматривает, что вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом. Если суд не сочтет возможным освободить указанное лицо от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, то смертная казнь и пожизненное лишение свободы не применяются. Очевидно, что суд будет принимать решение, ориентируясь на восприятие преступления через призму необходимости восстановления социальной справедливости и возмездия.

Мы проанализировали судебную практику по применению ч. 4 ст. 78 УК РФ. Можно отметить, что указанные положения содержат гуманистические начала, поскольку не допускают назначение преступникам наказания в виде смертной казни и пожизненного лишения свободы. Неприменение сроков давности обосновывается в основном общественной опасностью совершенного преступления и (или) личностью преступника, его ролью в совершении преступления, последующим поведением, наличием судимости (например, за совершение особо тяжкого преступления)  Как указал Верховный Суд РФ в одном из решений, при рассмотрении вопроса о применении сроков давности "суд учитывает в совокупности все обстоятельства дела, личность виновного, причины и условия, способствующие совершению преступления, обстоятельства, свидетельствующие об отпадении общественной опасности деяния и лица, его совершившего" . При этом тяжесть преступления является определяющей, а сведения о личности - дополнительными обстоятельствами, влияющими на принятие решения.

 

Например, суд с учетом характера совершения преступления - убийства трех человек - не применил к подсудимому сроки давности за совершенное им уголовно наказуемое деяние. Очевидно, что иной вывод заставил бы усомниться в справедливости правосудия. В другом деле суд указал, что не считает возможным освободить подсудимых от уголовной ответственности за преступление в связи с истечением срока давности с учетом тяжести преступления, а также позиции подсудимых по делу . Еще одним примером может быть решение, в котором суд прямо отметил, что "общественная опасность дерзкого убийства двух лиц не утрачена". Кроме этого, была учтена роль подсудимого в обществе и необходимость его изоляции, очевидно, ввиду общественной опасности личности.

 

Таким образом, убедительной кажется точка зрения, согласно которой применение положения ч. 4 ст. 78 УК РФ продиктовано исключительной общественной опасностью преступления .

 

Итак, мы полагаем, что утрата лицом или деянием общественной опасности, наряду с другими обстоятельствами, учитывается при решении вопроса о применении сроков давности согласно ч. 4 ст. 78 УК РФ, которое основывается на наличии (отсутствии) специфических психических переживаний, вызывающих требование справедливого возмездия. Только для несовершеннолетних преступников сделано исключение, не предусматривающее применения к ним положений ч. 4 ст. 78 УК РФ. Поэтому неверно мнение о том, что, "поскольку уголовным законом не установлено каких-либо ограничений для применения названной нормы в зависимости от особенностей субъекта преступления... положения ч. 4 ст. 78 УК РФ в равной степени относятся и к лицам, совершившим преступления в несовершеннолетнем возрасте". Даже совершение дерзких, заранее подготовленных и спланированных преступлений не дает оснований для такого вывода .