Телефон:
+7 (908) 590-52-56

Получить консультацию

Критерии индивидуализации наказания за неоконченное преступление (ч.1 ст 66 УК РФ).

КРИТЕРИИ ИНДИВИДУАЛИЗАЦИИ НАКАЗАНИЯ ЗА НЕОКОНЧЕННОЕ  ПРЕСТУПЛЕНИЕ (Ч. 1 СТ. 66 УК РФ)

 

 

Воронин Вячеслав Николаевич, преподаватель кафедры уголовного права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), кандидат юридических наук.

 

В статье В.Н. Воронина проводится уголовно-правовой анализ применения обстоятельств, являющихся критериями индивидуализации при назначении наказания за неоконченное преступление. На основе обширных материалов судебной практики автором сделаны выводы и приведены рекомендации по правильному учету данных критериев, а также по изменению законодательной формулировки ч. 1 ст. 66 Уголовного кодекса РФ.

 

Ключевые слова: назначение наказания, индивидуализация наказания, покушение на преступление, приготовление к преступлению.

 

В уголовном законе предусмотрены как общие, так и специальные критерии индивидуализации наказания. Если общие критерии применяются судами по каждому без исключения уголовному делу, то специальные содержатся в специальных правилах назначения наказания и позволяют суду осуществлять индивидуализацию наказания по некоторым категориям дел.

Статья 66 УК РФ предусматривает специальные правила назначения наказания за неоконченное преступление, среди которых в ч. 1 ст. 66 УК РФ законодатель указал обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца. Эти обстоятельства наряду с общими критериями позволяют суду осуществлять индивидуализацию наказания при его назначении за неоконченную преступную деятельность. Следует отметить, что прежнее уголовное законодательство содержало больше специальных критериев индивидуализации за неоконченное преступление. Так, в соответствии со ст. 15 УК РСФСР 1960 г. при назначении наказания суд должен был учитывать характер и степень общественной опасности действий, совершенных виновным, степень осуществления преступного намерения и причины, в силу которых преступление не было доведено до конца. Н.Д. Дурманов выделял четыре вида обстоятельств, влияющих на наказание за покушение и приготовление: 1) степень опасности лица, совершившего покушение или приготовление; 2) степень подготовленности преступления; 3) близость наступления последствий преступления; 4) причины, в силу которых преступление не было доведено до конца . В современных условиях данные обстоятельства могут иметь значение для индивидуализации: относительно степени опасности лица, совершившего неоконченное преступление, можно сказать, что она учитывается в рамках отдельного общего критерия - личности виновного. Степень подготовленности преступления возможно учитывать, только когда речь идет о стадии приготовления - здесь суд должен рассмотреть все те действия, которые проделал преступник, оценить их достаточность, завершенность. Стадия покушения связана с близостью наступления результата, этот объективный критерий, на наш взгляд, играет очень важную роль в индивидуализации наказания и сегодня.

 

В науке уголовного права своего рода аксиомой является тот факт, что покушение на преступление представляет меньшую общественную опасность по сравнению с оконченным, так же приготовление к преступлению менее общественно опасно, чем покушение. Еще М.Д. Шаргородский писал, что чем ближе деятельность виновного к наступлению преступного результата, тем выше должна быть мера наказания, "приготовление должно влечь за собой более мягкую меру, чем покушение, и еще более мягкую, чем за оконченное преступление...". Отсюда вытекает и связь между общими и специальными критериями индивидуализации - степень осуществления преступного намерения и близость наступления последствий являются показателями меньшей общественной опасности неоконченного преступления. Следовательно, специальные критерии индивидуализации за неоконченную преступную деятельность являются проявлением общего критерия - степени общественной опасности преступления.

 

Возвращаясь к законодательной характеристике исследуемого критерия индивидуализации, заметим, что ему не уделяется должного внимания ни в современной литературе по назначению наказания, ни в исследованиях, посвященных наказуемости стадий совершения преступления. Характеризуя обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца, зачастую выделяют следующие их виды: субъективные и объективные. Объективными считают такие обстоятельства, которые помешали наступлению преступного результата, т.е. в качестве таковых выступает случайное стечение обстоятельств, субъективные же обусловлены личными качествами субъекта. Поэтому первые в меньшей степени влияют на снижение меры наказания. Т.Д. Устинова, напротив, считает, что все причины носят объективный характер и только лишь проявляются через личностные свойства субъекта, что они находятся под действием определенных закономерностей, существуют вне волевой деятельности субъекта преступного посягательства . Е.В. Благов верно отметил, что эти разногласия "вызываются не существом дела, а языковой формой его изложения", и предложил разграничить обстоятельства на две группы: личностные и внешние. "Поскольку же внешние обстоятельства проистекают из окружающей обстановки, они, скорее всего, случайно влияют на недоведение преступления до конца. Отсюда личностные обстоятельства являются показателями меньшей, в сравнении с внешними, общественной опасности совершившего неоконченное преступление лица, и при прочих равных условиях наличие первых должно влечь менее строгое его наказание, чем последних".

 

Следующее предложение по учету обстоятельств, в силу которых преступление не было доведено до конца, высказано А.Ю. Решетниковым, который предлагает их разделить на три группы в зависимости от назначаемого наказания: 1) позитивные, т.е. подчиняющиеся воле субъекта преступления; это могут быть ситуации при оконченном покушении в зависимости от субъективных представлений лица о характере действий и свойствах объекта, например, лицо выполнило все необходимые действия, но преступление не завершено в силу недостаточного преступного опыта или недостаточной спланированности; 2) негативные, т.е. объективные обстоятельства, помешавшие преступнику реализовать умысел, которые должны отягчать наказание: в случае неоконченного покушения, когда лицом не выполнены все действия, необходимые для совершения оконченного состава преступления или имело место вмешательство посторонних, активное сопротивление жертвы и т.п.; 3) нейтральные, т.е. связанные с ошибкой лица, делающие покушение негодным в силу ошибочных представлений о свойствах объекта, выбора негодных средств, например, осечка ружья при попытке застрелить человека .

 

Предложенные в литературе классификации обстоятельств, в силу которых преступление не было доведено до конца, иллюстрируют, что критерии индивидуализации, указанные в законе, касаются по большей части обстоятельств, характеризующих сам факт прерванности преступной деятельности. Несмотря на то что эти обстоятельства не осознаются виновным, возникает вопрос о том, могут ли и должны ли они влиять на меру наказания. А.П. Козлов верно подметил, что "меньшая общественная опасность приготовления и покушения становится как бы заслугой виновного, поскольку она с необходимостью выходит на соответственно меньшее наказание. На самом деле в уменьшении общественной опасности пресеченного преступления заслуги виновного нет, так как только благодаря окружающим лицам и другим силам преступная деятельность прекратила свое существование и, будь на то воля виновного, развивалась бы во времени до логического конца". Еще Н.С. Таганцев отмечал: "Почему можем мы сказать, что тот, кто был захвачен в тот самый момент, когда он готовился спустить уже курок ружья, должен быть всегда наказан слабее, чем тот, кто выстрелил, но не попал? Вреда нет как в том, так и в другом случае, а степень энергии воли у обоих может быть одинакова" .

 

Представляется целесообразным отказаться от использования такого объективного критерия, как обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца, поскольку такие обстоятельства либо находятся за пределами воли лица, которое намеревалось продолжать свою преступную деятельность, либо свидетельствуют о непродуманности преступления или же могут носить просто случайный характер. Более предпочтительным является подход, учитывающий субъективную составляющую. Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 октября 2009 г. N 20 "О некоторых вопросах судебной практики назначения и исполнения уголовного наказания", которое ныне утратило силу, содержалось указание, что степень общественной опасности преступления определяется, помимо прочего, степенью осуществления преступного намерения (п. 1). Действующее сейчас Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" подобного положения не содержит. М.Т. Тащилин, А.М. Становский предлагают нормативно закрепить данное обстоятельство в ст. 66 УК РФ наряду с уже обозначенным в ней критерием .

 

На сегодняшний день теория выработала подход к учету стадии совершения преступления, связанный с подразделением покушения на оконченное и неоконченное. При делении покушения на виды используется субъективный критерий: покушение считается оконченным, если субъект преступления предпринял все действия, которые были достаточны и необходимы для того, чтобы преступление было доведено до конца, однако по обстоятельствам, не зависящим от него, преступный результат не наступил. А.С. Жумаев предлагает законодательно закрепить дифференциацию назначения наказания в зависимости от вида покушения в ч. 3 ст. 66 УК РФ: предел, высчитываемый от самого строгого вида наказания в санкции статьи для неоконченного покушения, предлагается определить в две третьих, а для оконченного покушения - в три четвертых. Сходные предложения ранее выдвигались В.М. Степашиным , а также Л.Л. Кругликовым и А.В. Васильевским. Однако "переводить" в данном случае индивидуализацию наказания в разряд дифференциации наказания не следует. Учет оконченности покушения должен осуществляться как раз в рамках степени осуществления преступного намерения, при этом обязательного смягчения наказания быть не должно. При оконченном покушении могут наступить определенные последствия, недостаточные для квалификации преступления как оконченного, однако причиняющие вред объекту посягательства, что существенно повышает степень общественной опасности такого покушения. Например, при покушении на убийство может быть причинен вред здоровью потерпевшего от легкого и до тяжкого, а может случиться так, что потерпевший окажется невредим; при умысле, направленном на кражу в особо крупном размере, виновный может не успеть завладеть чужим имуществом, а может украсть имущество даже в крупном размере. Поэтому фактическое причинение ущерба, его объем и характер, не влияя на квалификацию, должны приниматься во внимание при индивидуализации наказания как показатели степени общественной опасности совершенного неоконченного преступления.

 

Проведенное автором выборочное изучение 130 приговоров, вынесенных за покушение на простое убийство (ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ), позволяет сделать вывод, что суды в подавляющем большинстве случаев учитывают при назначении наказания именно степень осуществления преступного намерения, выразившуюся в оконченности или неоконченности покушения, а также характер и степень наступивших последствий при оконченном покушении. Относительно обстоятельств, в силу которых преступление не было доведено до конца, суды ограничиваются лишь указанием, что они не зависели от воли виновного. Так, у Ф. в ходе ссоры возник умысел на убийство К., и он, реализуя свое преступное намерение на причинение смерти, взял кухонный нож и попытался нанести им удар К. в область груди, однако достичь преступного результата и лишить жизни К.Н. он не смог, так как промахнулся. Продолжая реализацию своего преступного умысла, Ф. нанес К. второй удар ножом в область груди, в результате чего причинил ему телесное повреждение в виде проникающего колото-резаного ранения грудной клетки. Считая, что причиненные им телесные повреждения повлекут смерть, Ф. прекратил свои преступные действия и оставил пострадавшего умирать. Виновному назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет 6 месяцев .

 

В другом примере Ш. после ссоры с сыном И., находясь в состоянии алкогольного опьянения, с целью умышленного убийства последнего вооружился пригодным для стрельбы охотничьим ружьем и, увидев из своей комнаты через вставку матового стекла двери находившегося за ней И., произвел в него через стекло один выстрел. Ш. не довел свой преступный умысел до конца по независящим от него обстоятельствам и не причинил смерть И. Виновному назначено наказание ниже низшего предела в виде 4 лет лишения свободы .

 

В следующем примере лицом было совершено неоконченное покушение, а именно: М. взял револьвер и подошел к забору, разделяющему земельные участки между его домом и домом В. Находясь примерно в семи метрах от В., М. направил револьвер на потерпевшего и, крикнув: "Убью!", выстрелил в него, но не попал. В. спрятался за столб. М. произвел в него второй выстрел, но вновь промахнулся. В. сумел подбежать к М., который продолжал пытаться прицеливаться, повалил его на землю и отобрал револьвер. М. назначено минимальное наказание - шесть лет лишения свободы без ограничения свободы условно. Следовательно, при неоконченном покушении, в результате которого не наступило вредных последствий, суды назначают наиболее мягкие наказания, в том числе без реального их отбывания, руководствуюсь именно степенью осуществления преступного намерения.

 

В связи с изложенным предлагаем следующую корректировку ч. 1 ст. 66 УК РФ: "При назначении наказания за неоконченное преступление учитывается степень осуществления преступного намерения".

В целях разъяснения порядка применения данного положения предлагаем включить в Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" разъяснение следующего содержания: "Обратить внимание судов, что специальным критерием индивидуализации наказания за неоконченное преступление является степень осуществления преступного намерения.

При приготовлении к преступлению судам следует оценивать количество предпринятых лицом приготовительных действий, их достаточность для возможности осуществить посягательство; при покушении на преступление необходимо оценивать близость наступления преступных последствий, а при наступлении последствий - их тяжесть.

Также судам следует учитывать вид покушения: оконченное или неоконченное. Оконченное покушение должно наказываться строже при прочих равных обстоятельствах".