Телефон:
+7 (908) 590-52-56

Получить консультацию

Особое мнение судьи при коллегиальном рассмотрении уголовных дел.

О ПРАВЕ СУДЬИ НА ОСОБОЕ МНЕНИЕ: ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕМЫ

 

 

Быков Виктор Михайлович, профессор кафедры уголовного права и прикладной информатики в юриспруденции юридического факультета Тамбовского государственного технического университета, доктор юридических наук, профессор.

 

Манова Нина Сергеевна, профессор кафедры уголовного процесса Саратовской государственной юридической академии, доктор юридических наук, профессор.

 

В статье рассматриваются сущность особого мнения судьи при вынесении приговора и правовые последствия его написания. Авторы предлагают рассматривать особое мнение судьи как повод для проверки решения судом вышестоящей инстанции.

 

Ключевые слова: особое мнение судьи, принцип независимости судей, проверка решения вышестоящим судом.

 

После принятия в конце 2013 г. Закона "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации в части установления порядка ознакомления с особым мнением судьи"  в центральных журналах появился ряд статей, посвященных данному процессуальному институту .

 

В соответствии с УПК РФ рассмотрение абсолютного большинства уголовных дел в судах первой инстанции осуществляется единолично, и в силу этого положение закона об особом мнении судьи, столь важное при коллегиальном осуществлении правосудия, казалось бы, утратило свою актуальность.

Этот интерес законодателя и ученых к институту особого мнения судьи связан с тем, что с 2013 г. пересмотр не вступивших в законную силу судебных решений, вынесенных по уголовным делам, повсеместно стал осуществляться в апелляционном порядке. При этом в областных (и приравненных к ним) судах, а также в Верховном Суде РФ дело теперь пересматривается по существу уже коллегиально.

Причем в состав этой коллегии входят только профессиональные судьи, для которых возможность иметь свое особое мнение из разряда гипотетической (как когда-то для народных заседателей) превращается во вполне реальную.

Право судьи на выражение особого мнения традиционно и вполне справедливо рассматривается как одна из гарантий независимости судей и их равенства при постановлении приговора.

 

По своей сути особое мнение представляет собой несогласие одного из судей, участвовавших в рассмотрении уголовного дела, с решением, принятым большинством, по приговору в целом или по отдельным вопросам, подлежащим разрешению в приговоре. Особое мнение приобщается к приговору и оглашению в зале судебного заседания не подлежит. Составление особого мнения всегда было правом судьи и не освобождало его от обязанности подписать постановленный большинством судей приговор.

Ныне ч. 5 ст. 301 УПК РФ (в данной статье регламентируется порядок совещания судей при коллегиальном рассмотрении уголовного дела) изложена в следующей редакции:

"Судья, оставшийся при особом мнении по постановленному приговору, вправе письменно изложить его в совещательной комнате. При изложении своего особого мнения судья не вправе указывать в нем сведения о суждениях, имевших место при обсуждении и принятии судебного решения, о позиции отдельных судей, входивших в состав суда, или иным способом раскрывать тайну совещания судей".

Кроме того, ст. 310 УПК РФ, посвященная провозглашению приговора, была дополнена частями 5 и 6 следующего содержания:

"Особое мнение судьи должно быть изготовлено не позднее 5 суток со дня провозглашения приговора. Особое мнение судьи приобщается к приговору и оглашению в зале судебного заседания не подлежит. При провозглашении приговора председательствующий объявляет о наличии особого мнения судьи и разъясняет участникам судебного разбирательства право в течение 3 суток заявить ходатайство об ознакомлении с особым мнением судьи и срок такого ознакомления.

Заявить ходатайство об ознакомлении с особым мнением судьи вправе осужденный, оправданный, их защитники, законные представители, прокурор, потерпевший, его представитель, а в случае, если особое мнение судьи связано с разрешением гражданского иска, - гражданский ответчик, гражданский истец и их представители".

Кроме того, внесены изменения в норму, касающуюся постановления приговора апелляционным судом (ст. 389.33 УПК РФ). В частности, уточнено, что судья апелляционной инстанции, оставшийся при особом мнении, вправе изложить его в письменной форме с соблюдением требований, предусмотренных ч. 5 ст. 301 УПК РФ, а председательствующий обязан в соответствии с ч. ч. 5 и 6 ст. 310 УПК РФ, разъяснить участникам судебного разбирательства право заявить ходатайство об ознакомлении с особым мнением судьи.

Думается, что эти изменения закона можно только приветствовать, так как они, несомненно, будут способствовать обеспечению прав участников судебного разбирательства.

Однако законодатель вновь обошел вниманием вопрос о том, каково же правовое значение особого мнения судьи. Так, в одном из комментариев судебной практики о применении норм УПК РФ, подготовленного судьями Верховного Суда РФ, отмечено, что ныне особое мнение судьи не является ни поводом для возбуждения производства в судах вышестоящих инстанций, ни предметом для его рассмотрения ими.

 

Не вытекает из закона и обязанность вышестоящего суда уведомлять автора особого мнения о результатах его рассмотрения. Заметим, что такое отношение законодателя к особому мнению судьи соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ, который считает, что оно не является актом, имеющим самостоятельное значение и определяющим права и обязанности участников уголовного судопроизводства или влекущим для них какие-либо иные процессуальные последствия.

 

Как мы уже отмечали, такое отношение законодателя и Конституционного Суда России к особому мнению судьи трудно признать оправданным.

 

В судейском сообществе достаточно развито корпоративное начало, и если кто-то из профессиональных судей считает необходимым выразить свое несогласие с мнением большинства, то с высокой степенью вероятности можно говорить о том, что в уголовном деле имеются существенные проблемы, требующие самого пристального внимания со стороны вышестоящих судов.

Безусловно, что право участников процесса на ознакомление с особым мнением судьи, предусмотренное в настоящее время законом, дает им возможность, основываясь на содержащихся в особом мнении доводах судьи, внести апелляционную, кассационную или надзорную жалобу (представление) в суд вышестоящей инстанции.

Хочется думать, что при рассмотрении этим судом дела особое мнение судьи будет должным образом изучено, а обоснованность его доводов проверена и оценена. Хотя, как уже отмечалось, закон не обязывает вышестоящие суды это делать.

Но совершенно не исключена ситуация, когда такая жалоба не будет принесена. Значит, и особое мнение судьи априори не сможет стать предметом рассмотрения в вышестоящем суде. Мы понимаем, что сторонники такого положения могут основывать свою позицию ссылками на принцип состязательности, в соответствии с которым деятельность суда инициируется сторонами, а сам суд не должен выступать ни на стороне обвинения, ни на стороне защиты.

Именно так об этом пишет И.С. Дикарев, полагающий, что придание особому мнению судьи значения повода для пересмотра судебного решения вышестоящим судом несовместимо с принципом состязательности сторон. И при отсутствии инициативы, направленной на пересмотр судебного решения, со стороны участников уголовного судопроизводства вышестоящему суду придется проверять доводы, изложенные в особом мнении. Это придаст судейской деятельности инициативность, которая подобает стороне спора, но не к лицу органу правосудия.

 

Однако в российской модели состязательности суду, несущему ответственность за принятие законного и обоснованного решения, отведена роль не пассивного арбитра, а активного участника процесса. И именно суд, разрешающий дело по существу, как и суд, проверяющий законность, обоснованность и справедливость решений нижестоящего суда, должен быть заинтересован в устранении любых нарушений закона, любых сомнений в законности и справедливости приговоров и иных решений, вынесенных судами.

На данное обстоятельство неоднократно указывал в своих решениях и Конституционный Суд России, подчеркивая, что право на судебную защиту в Российской Федерации является гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина и что это право предполагает обеспечение всем охраны их прав и законных интересов не только от произвола законодательной и исполнительной власти, но и от ошибочных решений суда.

 

И.С. Дикарев также полагает, что придание особому мнению судьи значения повода для пересмотра решения вышестоящим судом неизбежно откликнется нарушением прав и законных интересов личности в уголовном судопроизводстве. Трудно при этом понять логику автора. Совершенно неясно, каким образом обязанность вышестоящего суда при наличии особого мнения судьи пересмотреть приговор даже в ситуации, когда он не был обжалован сторонами, может сказаться на интересах сторон.

Думается, что ситуация обстоит с точностью "до наоборот": проверка судом доводов, изложенных в особом мнении судьи, вышестоящим судом не только не угрожает правам и интересам участников процесса, но, напротив, дополнительно обеспечивает, гарантирует эти права. Тем более что все заинтересованные участники процесса ныне вправе заявить ходатайство об ознакомлении с особым мнением судьи (осужденный, оправданный, их защитники, законные представители, прокурор, потерпевший, его представитель, а в случае, если особое мнение судьи связано с разрешением гражданского иска, - гражданский ответчик, гражданский истец и их представители).

Тем самым особое мнение судьи, если оно будет рассматриваться законом как повод для проверки приговора вышестоящим судом, способно стать действенной гарантией законности, обоснованности и справедливости каждого приговора и соблюдения законных прав и интересов участников судебного разбирательства. В противном случае особое мнение является пустой формальностью, не имеющей какого-либо правового значения.