Телефон:
+7 (908) 590-52-56

Получить консультацию

Отложение судебного разбирательства.

ОТЛОЖЕНИЕ СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА

 

 

Быков В.М., профессор кафедры уголовного процесса Саратовского юридического института МВД России, доктор юридических наук.

 

Среди общих условий судебного разбирательства в главе 35 УПК РФ законодателем называется отложение судебного разбирательства. В ч. 1 ст. 253 УПК РФ устанавливается, что при невозможности судебного разбирательства вследствие неявки в судебное заседание кого-либо из вызванных лиц или в связи с необходимостью истребования новых доказательств суд выносит определение или постановление об отложении его на определенный срок.

Принятие судом решения об отложении судебного разбирательства - это всегда решение, вынуждаемое различными объективными обстоятельствами, которые препятствуют дальнейшему нормальному ходу судебного разбирательства. Откладывая судебное разбирательство, суд тем самым фиксирует определенное правовое положение по уголовному делу: когда для продолжения судебного процесса нет достаточных правовых оснований, но одновременно их нет и для окончания процесса путем вынесения оправдательного или обвинительного приговора.

Интересно отметить, что в прежних уголовно-процессуальных кодексах России законодателем также уделялось внимание институту отложения судебного разбирательства. Так, например, в ч. 1 ст. 273 УПК РСФСР 1923 г. законодателем указывалось, что "в тех случаях, когда вызов новых свидетелей и экспертов или истребование других доказательств будет признано судом необходимым, суд вправе либо отложить дело слушанием, либо предоставить сторонам право без перерыва слушания дела доставить свидетелей и экспертов и представить другие доказательства".

В отличие от действующего ныне УПК РФ 2001 г. по УПК РСФСР 1923 г. еще одним основанием отложения судебного разбирательства была необходимость вызова новых экспертов. Кроме того, сторонам предоставлялось право без перерыва дела слушанием доставлять свидетелей и экспертов и представлять другие доказательства средствами сторон. Однако в законе не разъяснялось, о каких "средствах сторон" идет речь.

УПК РСФСР 1960 г. несколько иначе регламентировал отложение судебного разбирательства. Так, в ч. 1 ст. 257 УПК РСФСР указывалось: "При невозможности разбирательства дела вследствие неявки в судебное заседание кого-либо из вызванных лиц или в связи с необходимостью истребования новых доказательств суд откладывает разбирательство и принимает меры к вызову неявившихся лиц или истребованию новых доказательств".

Однако в УПК РСФСР 1960 г., в отличие от УПК РСФСР 1923 г., который указывал в качестве основания отложения судебного разбирательства только неявку свидетелей и экспертов, это основание отложения судебного разбирательства сформулировано уже по-другому: речь идет о неявке в суд кого-либо из вызванных лиц, что существенно расширяло основания отложения судебного разбирательства. В этом отношении эта норма об отложении судебного разбирательства в целом не отличается от нормы, содержащейся в ч. 1 ст. 253 УПК РФ 2001 г.

Отложение судебного разбирательства следует отличать, с одной стороны, от перерыва в судебном заседании, а с другой - от приостановления судебного разбирательства.

Перерывы в судебном заседании суд обычно делает в связи с истечением рабочего времени, на выходные и праздничные дни и в течение рабочего дня для отдыха участников уголовного процесса. Как правило, эти перерывы в судебном заседании не связаны с какими-то препятствиями юридического или фактического порядка в проведении судебного разбирательства. В то время как отложение судебного разбирательства в соответствии с ч. 1 ст. 253 УПК РФ может иметь место по двум конкретным основаниям: неявке в судебное заседание кого-либо из вызванных лиц или необходимости истребования новых доказательств.

Отличается отложение судебного разбирательства и от приостановления судебного разбирательства. Во-первых, это отличие связано с основаниями принятия такого решения: приостановление судебного разбирательства в соответствии с ч. 3 ст. 253 УПК РФ возможно по двум основаниям: если подсудимый скрылся, а также в случае его психического расстройства или иной тяжелой болезни, исключающей возможность явки подсудимого. Заметим, что эти два основания приостановления судебного разбирательства в целом соответствуют основаниям приостановления предварительного следствия, указанным в п. п. 2 и 4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ .

 

Во-вторых, если отложение судебного разбирательство может быть осуществлено на определенный срок, в то время как при приостановлении судебного разбирательства его срок не может быть установлен, так как он обусловлен фактическими обстоятельствами, послужившими основаниями для приостановления судебного разбирательства.

Далее рассмотрим подробнее основания отложения судебного разбирательства. Как мы уже отметили выше, первое основание связано с неявкой в судебное заседание кого-либо из вызванных лиц.

Прежде всего следует определиться с тем, о неявке каких именно лиц идет речь в уголовно-процессуальном законе. В анализируемой нами норме это конкретно не указывается. Однако мы можем найти об этом указания в других статьях УПК РФ. Так, например, ч. 2 ст. 247 УПК РФ устанавливает, что при неявке подсудимого рассмотрение уголовного дела должно быть отложено. В ч. 2 ст. 248 УПК РФ также указывается, что при неявке защитника и невозможности его замены судебное разбирательство откладывается. Законодатель в этом случае, на наш взгляд, сформулировал норму точнее, а именно как отложение судебного разбирательства, а не отложение рассмотрения уголовного дела, как это указывается в ч. 2 ст. 247 УПК РФ.

При судебном разбирательстве также может возникнуть ситуация, когда в суд не явился государственный обвинитель. Часть 1 ст. 246 УПК РФ признает участие в судебном разбирательстве обвинителя обязательным, но не содержит указаний на то, может ли суд в этих случаях отложить судебное разбирательство. Думается, что и в этих случаях суд имеет право отложить судебное разбирательство.

Кроме того, вопрос об отложении судебного разбирательства может возникнуть и при замене прокурора как государственного обвинителя. Часть 4 ст. 246 УПК РФ предусматривает, что если в ходе судебного разбирательства обнаружится невозможность дальнейшего участия прокурора, то он может быть заменен. При этом вновь вступившему в судебное разбирательство прокурору суд предоставляет время для ознакомления с материалами уголовного дела и подготовки к участию в судебном разбирательстве.

Очевидно, что в данном случае мы имеем дело не просто с неявкой прокурора, а самостоятельным основанием отложения судебного разбирательства в связи с необходимостью замены прокурора. Однако ч. 4 ст. 246 УПК РФ о необходимости отложения судебного разбирательства в этом случае не содержит никаких указаний. На наш взгляд, по существу, это самостоятельное основание для отложения судебного разбирательства, и оно должно быть сформулировано в ч. 1 ст. 253 УПК РФ.

При неявке потерпевшего в судебное заседание в соответствии с ч. 2 ст. 249 УПК РФ суд рассматривает уголовное дело в его отсутствие, за исключением случаев, когда явка потерпевшего признана судом обязательной. Понятно, что в последнем случае неявка потерпевшего в суд является основанием для отложения судебного разбирательства.

Что касается участия в судебном разбирательстве гражданского истца и ответчика, то законодатель не рассматривает их участие как обязательное. Однако если суд признает участие их в судебном разбирательстве обязательным, то он может также его отложить. В других случаях ч. 3 ст. 250 УПК РФ позволяет суду при неявке гражданского истца оставить гражданский иск без рассмотрения.

Нормы ч. 1 ст. 253 УПК РФ об отложении судебного разбирательства распространяются также на случаи неявки в суд и других лиц: свидетелей, экспертов, специалистов и переводчиков. Во всех случаях неявки указанных лиц в соответствии с ч. 1 ст. 253 УПК РФ суд должен принять меры к повторному вызову или приводу неявившихся лиц. Привод неявившихся лиц осуществляется путем вынесения судом определения или постановления о приводе определенных лиц, а сам привод осуществляется в соответствии с действующей Инструкцией о порядке осуществления привода .

 

Однако, по наблюдениям А. Аббасова и В. Гусева, "очень часто привод не только не обеспечивается, но и остаются неизвестными причины, по которым потерпевший либо свидетель не явились в суд".

 

По нашим наблюдениям, при неявке указанных лиц суд нередко ограничивается объявлением перерыва в судебном разбирательстве, во время которого принимаются меры к повторному вызову или приводу в суд указанных лиц, не прибегая при этом к процедуре отложения судебного разбирательства.

Вопрос об отложении судебного разбирательства встает неизбежно и в случаях, когда кому-либо из участников судебного разбирательства при наличии оснований и при соблюдении процессуального порядка, предусмотренного главой 9 УПК РФ, был заявлен отвод, который в установленном законом порядке был удовлетворен. При этом возникает необходимость замены того или иного участника судебного разбирательства, что влечет за собой его отложение.

Кроме того, В.П. Божьев обоснованно считает, что если в судебном разбирательстве с участием присяжных заседателей оно не может быть завершено ввиду того, что количество выбывших присяжных заседателей превысило количество запасных, то судебное разбирательство должно быть отложено. В этом случае в законе, как он полагает, необходимо предусмотреть вынесение судом постановления об отложении судебного разбирательства применительно к общим правилам, предусмотренным в ч. 1 ст. 253 УПК РФ .

 

Таким образом, наряду с неявкой вызванных в суд лиц в уголовном судопроизводстве реально существует еще одно основание отложения судебного разбирательства - необходимость замены кого-либо из участников процесса. Это основание, на наш взгляд, должно быть также указано в ч. 1 ст. 253 УПК РФ в качестве самостоятельного основания отложения судебного разбирательства.

Следующее самостоятельное основание отложения судебного разбирательства, на которое указывает ч. 1 ст. 253 УПК, - это необходимость истребования новых доказательств. Эта норма дает повод некоторым авторам считать, что судебное разбирательство может быть отложено также и для проведения судебной экспертизы .

 

Однако это частный случай истребования судом новых доказательств при отложении судебного разбирательства. Но в уголовно-процессуальном законе не указывается, кто должен эти новые доказательства истребовать и в каком порядке. В связи с этим мы полагаем, что в состязательном уголовном судопроизводстве эти новые доказательства при отложении судебного разбирательства могут истребовать как суд, так и стороны обвинения и защиты.

Истребование новых доказательств судом само по себе достаточно проблематично. Дело в том, что в ч. 3 ст. 15 УПК РФ указано, что суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд только создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Эта норма, как только она появилась в УПК РФ 2001 г., сразу же привлекла к себе внимание ученых и практиков и вызвала довольно активную дискуссию. Одни авторы, занимая в этой дискуссии самые крайние позиции, полагают, что суд не должен вообще проявлять инициативу и активность в собирании и исследовании доказательств.

Так, например, М. Адамайтис пишет, что "вне сомнения, чем активнее суд будет проявлять инициативу в собирании и исследовании доказательств, тем сложнее ему будет пребывать в роли беспристрастного арбитра".

 

Этот же автор отказывает суду даже в праве самостоятельно назначить судебную экспертизу, считая, что в этом случае законодатель "дает зеленый свет для собирания судом по собственной инициативе доказательств, в том числе и обвинительных" .

 

 

О.Д. Кузнецова также считает, что действующие нормы УПК РФ "дают право суду получать не только доказательства защиты, но и доказательства обвинения и использовать их в приговоре, выполняя в последнем случае действия по реализации функции обвинения". "Таким образом, - продолжает О.Д. Кузнецова, - регламентация полномочий суда в указанных специальных нормах противоречит содержанию принципа состязательности, закрепленному в ст. 15 УПК РФ, и по-прежнему является правовым основанием для обвинительного уклона суда" .

 

Другие авторы, например Л.И. Малахова, полагают, что поскольку ст. 297 УПК РФ устанавливает, что приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, то "вряд ли суд, не принимающий участие в выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, может постановить приговор, отвечающий этим требованиям. Поэтому необходимо построить систему уголовного судопроизводства таким образом, чтобы суд активно участвовал в исследовании доказательств".

 

Не вполне последовательную позицию в этом вопросе занимает С.П. Гришин. Он, в частности, пишет, что "во время судебного следствия суд (председательствующий судья) вправе принять все предусмотренные УПК меры для восполнения пробелов досудебного производства по делу (как со стороны обвинения, так и со стороны защиты) с целью установления истины по делу, но только при соблюдении главного правила - недопущения судом односторонности судебного следствия, что сопряжено с выполнением функции обвинения".

Но одновременно С.П. Гришин также указывает, что "должен неукоснительно соблюдаться запрет на восполнение доказательственной базы обвинения, на собирание доказательств, которые дополнительно изобличают подсудимого в совершении преступления" .

 

Нетрудно заметить противоречивость позиции указанного автора. Все дело в том, что в судебном разбирательстве трудно заранее определить, какое суд собирает доказательство - обвинительное или оправдательное. Значение того или иного нового доказательства в полной мере можно оценить только после его надлежащего исследования, проверки и оценки в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Что касается рассматриваемой нами проблемы, то само судебное разбирательство как раз и откладывается для истребования новых доказательств. Очевидно, что суд заранее не может предвидеть значение и характер этого нового истребованного доказательства, как оно впоследствии им самим будет оценено - как поддержание обвинения или, наоборот, как средство защиты от необоснованного обвинения.

При истребовании самим судом новых доказательств также возникают некоторые проблемы, которые связаны с его ограниченными возможностями по истребованию этих новых доказательств. Поскольку уголовное дело отложено, то, как нам представляется, суд не вправе производить все судебные действия, которые указаны в главе 37 УПК РФ и направлены на собирание и проверку доказательств. Получается, что, кроме направления различных запросов о высылке документов и предметов, сам суд никаких других новых доказательств истребовать не может.

Аналогичная ситуация возникает в судебном разбирательстве в связи с необходимостью исследования судом открывшихся новых обстоятельств. Исследовав эту ситуацию, О.Я. Баев, опираясь на опыт УПК Украины, предлагает ввести в УПК РФ норму, которая позволяла бы суду давать органу, который расследовал рассматриваемое уголовное дело, судебное поручение о производстве необходимых следственных действий .

 

По мнению О.Я. Баева, после производства необходимых следственных действий все полученные при этом протоколы и доказательства передаются в суд, который их исследует в судебном заседании с участием сторон и приобщает к делу .

 

На наш взгляд, предложение О.Я. Баева может быть с успехом использовано и в рассматриваемой нами ситуации - при отложении уголовного судопроизводства в порядке ст. 253 УПК РФ, когда перед судом возникает задача истребования новых доказательств.

Поэтому, на наш взгляд, в ст. 253 УПК РФ следует добавить ч. 2 примерно такого содержания: "При необходимости истребования новых доказательств суд вправе дать органу, расследовавшему уголовное дело, как по собственной инициативе, так и по ходатайству сторон судебное поручение о производстве необходимых следственных действий. Содержание этого судебного поручения предварительно должно быть обсуждено сторонами, которые могут подавать суду свои предложения. Результаты исполнения судебного поручения представляются в суд в установленный им срок, исследуются и обсуждаются в судебном заседании с участием сторон и затем приобщаются к материалам уголовного дела".

Принятие такой новеллы в УПК РФ тем более важно, что орган, расследовавший уголовное дело (дознаватель, следователь или прокурор), которое оказалось затем отложенным, по своей инициативе не может производить каких-либо следственных действий, так как уголовное дело не находится у него в производстве. Однако действий по истребованию новых доказательств в виде документов и предметов на практике может оказаться недостаточно, так что порой дознавателю и следователю нередко приходится проводить для этого такие следственные действия, как обыск и выемка.

Таким образом, в УПК РФ должна содержаться норма, которая позволяла бы дознавателю, следователю и прокурору представлять суду по отложенному уголовному делу, как того требует ч. 2 ст. 253 УПК РФ, новые доказательства путем производства различных следственных действий только на основании судебного поручения.

Важно подчеркнуть, что вся деятельность дознавателя, следователя и прокурора по получению новых доказательств по отложенному производством уголовному делу должна будет происходить под строгим судебным контролем и в дальнейшем ее результаты по мере представления их в суд подлежат проверке и оценке судом и сторонами в судебном заседании.

Принятие предлагаемой нами новеллы об использовании института судебного поручения позволит разрешать многие в процессуальном смысле тупиковые ситуации, которые нередко возникают в судах в связи с необходимостью истребования новых доказательств.

Далее рассмотрим возможности стороны защиты по истребованию и представлению в суд новых доказательств в условиях отложенного судебного разбирательства. Заметим, что законодатель для этого не устанавливает каких-либо специальных процедур. Однако сторона защиты в отличие от стороны обвинения имеет возможность собирать доказательства и по отложенному производством уголовному делу.

В соответствии с ч. 3 ст. 86 УПК РФ защитнику предоставлено право самостоятельно собирать доказательства путем:

- получения предметов, документов и иных сведений;

- опроса лиц с их согласия;

- истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны представлять запрашиваемые документы или их копии.

Поскольку эта норма помещена законодателем в часть первую, в общие положения УПК РФ, то права защитника на собирание доказательств по делу распространяются на все стадии уголовного судопроизводства, в том числе и на случаи отложения судебного разбирательства. Однако следует отметить, что при собирании защитником доказательств возникают другие специфические проблемы, на которые справедливо указывается в литературе .

 

Собранные защитником доказательства после возобновления судебного разбирательства должны быть представлены суду, обсуждены и проверены с участием сторон, после чего может быть решен вопрос об их признании в качестве доказательств.

Подведем некоторые итоги. В процессуальном смысле отложение судебного разбирательства можно определить как решение суда по уголовному делу, процессуально оформленное его определением или постановлением, о перерыве в судебном разбирательстве на определенный срок, который обусловлен неявкой в судебное заседание различных лиц или необходимостью замены некоторых участников процесса, а также истребования новых доказательств.

В соответствии с ч. 2 ст. 253 УПК РФ после возобновления судебного разбирательства суд продолжает слушание с того момента, с которого оно было отложено. Как справедливо по этому поводу заметил К.Б. Калиновский, это положение УПК РФ "означает отказ от принципа непрерывности судебного заседания, который был предусмотрен прежним уголовно-процессуальным законом (ч. 2 ст. 240 УПК РСФСР) .

 

Таковы некоторые проблемы, связанные с отложением судебного разбирательства.