Телефон:
+7 (908) 590-52-56

Получить консультацию

Проведение обыска в жилище гражданина при отсутствии проживающих в нем лиц.

ПРОВЕДЕНИЕ ОБЫСКА В ЖИЛИЩЕ    В ОТСУТСТВИЕ ПРОЖИВАЮЩИХ В НЕМ ЛИЦ: ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ АСПЕКТ

 

 

В статье рассматривается проблемная ситуация, возникающая при необходимости проведения обыска в жилище, в отсутствие проживающего в нем лица, при условии, что это лицо проживает одно. Автор приводит мнение ученых-процессуалистов, а также судебно-следственную практику по этому вопросу.

Овчинников Юрий Георгиевич, доцент кафедры уголовного процесса Владивостокского филиала Дальневосточного юридического института МВД России, кандидат юридических наук, доцент.

 

В статье рассматривается проблемная ситуация, возникающая при необходимости проведения обыска в жилище, в отсутствие проживающего в нем лица, при условии, что это лицо проживает одно. Автор приводит мнение ученых-процессуалистов, а также судебно-следственную практику по этому вопросу.

 

Ключевые слова: следственные действия, обыск, жилище, проживающее лицо, жилищно-эксплуатационная организация.

 

Обыск относится к числу тех следственных действий, предусмотренных гл. 25 УПК РФ, которые существенно ограничивают конституционные права на неприкосновенность жилища и частной жизни (ст. 25 Конституции РФ). Поэтому исследования в этой области всегда находились под пристальным вниманием ученых и практических работников.

Предмет нашего пристального внимания - ч. 11 ст. 182 УПК, в которой закреплено: "При производстве обыска участвует лицо, в помещении которого производится обыск, либо совершеннолетние члены его семьи". На первый взгляд, норма гуманна, не вызывает никаких возражений и нареканий. Как отмечают большинство исследователей (хотя есть и полярные точки зрения), присутствие лица есть важная гарантия интересов обыскиваемого, это условие обеспечивает достоверность результатов проведения следственного действия, являясь гарантией законности обыска .

 

Нарушение этого требования влечет признание доказательства недопустимым. Так, судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики признала незаконным проведение обыска следователем СО УФСКН России по Удмуртской Республике в жилом помещении, поскольку обыск был проведен без участия собственницы жилого дома, а также без участия членов ее семьи. При этом органы предварительного следствия располагали достоверными данными, что собственница квартиры находилась в том же городе, в принадлежащем ей торговом доме "Лилия", в котором также проводился обыск .

 

Однако в практической деятельности возникают ситуации, когда лицо проживает в одиночестве, а обыск необходимо проводить. На одно из таких обстоятельств указывает непосредственно сам законодатель: "Обыск может производиться и в целях обнаружения разыскиваемых лиц и трупов" (ч. 16 ст. 182 УПК). Кроме того, лицо может находиться на длительном стационарном лечении или в продолжительной командировке, вследствие чего могут возникнуть процессуальные сложности с присутствием соответствующих лиц при проведении рассматриваемого следственного действия, в особенности когда речь идет о внезапности его проведения.

Итак, возникает вопрос: возможно ли проведение обыска в жилище, если проживающее лицо (или лица) в нем отсутствует? Действующий УПК не дает ответа на этот вопрос, что одновременно создает поле для научных дискуссий.

А. Победкин считает, что в случае невозможности выполнить требования ч. 11 ст. 182 УПК достаточно обеспечить присутствие представителя жилищно-эксплуатационной организации. Схожего мнения придерживаются Т. Аверьянова, Р. Белкин, Ю. Россинская, А. Смирнов, К. Калиновский, О. Луценко, С. Шейфер, но, помимо представителя жилищно-эксплуатационной организации, авторы также выделяют представителя местного самоуправления (сельской или поселковой администрации) .

 

Классифицируя участников уголовного судопроизводства при производстве обыска на обязательных и необязательных, А. Филиппов к первым относит в том числе обыскиваемого или взрослых членов его семьи, а при их отсутствии - представителей местной администрации или домоуправления. При этом автор подчеркивает, что отсутствие этих лиц при производстве обыска недопустимо.

 

Невозможность участия лица, подчеркивают А. Смирнов и К. Калиновский, должна быть подтверждена материалами уголовного дела и мотивированно отражена в протоколе. Полагаем, что для лица, проводящего обыск, будет важной гарантией законности, если оно получит судебное решение, в котором будет указано, что обыск в жилище возможен без участия проживающего в нем лица. В связи с этим следователь должен заранее предусмотреть сложившуюся ситуацию и обоснованно изложить ее в своем ходатайстве перед судом.

 

Думается, что приведенные точки зрения ученых сформировались на основе УПК РСФСР 1960 г., в котором было четко прописано, что в случае невозможности присутствия лица, у которого производится обыск, либо совершеннолетних членов его семьи приглашаются представители жилищно-эксплуатационной организации, исполнительного комитета поселкового или сельского Совета народных депутатов (ч. 2 ст. 169).

Поэтому следует поддержать позицию отдельных авторов, говорящих о необходимости возврата формулировки ч. 2 ст. 169 УПК РСФСР, предусматривающей участие представителей местной администрации или жилищно-эксплуатационной организации в случае невозможности присутствия лица, в помещении которого производится обыск, либо совершеннолетних членов его семьи .

 

На наш взгляд, наиболее упрощенный и, следовательно, предпочтительный выход для правоохранительных органов из сложившейся ситуации предлагает Н. Загвоздкин. Он указывает, что этот факт (невозможность обеспечить участие представителя) можно было бы фиксировать в протоколе, по аналогии с ч. 6 ст. 177 УПК : "Осмотр помещения организации производится в присутствии представителя администрации соответствующей организации. В случае невозможности обеспечить его участие в осмотре об этом делается запись в протоколе".

 

Интересными представляются сведения, полученные И. Бедняковым в ходе исследования. Так, по его данным, 54% опрошенных ошибочно толкуют положения закона, считая, что действующий УПК не требует внесения изменений, поскольку допускает проведение обыска без участия лица, в помещении которого он проводится. 46% следователей поддерживают как соответствующее интересам практики воссоздание в УПК положения ст. 169 УПК РСФСР. При этом в ходе изучения практики автором не установлено ни одного случая присутствия при обыске представителя жилищно-эксплуатационной организации. В основном он проводился в присутствии владельца жилья (помещения) (65,2%) или в присутствии проживающего в нем лица либо представителя организации (34,8%). Будучи заложниками несовершенства уголовно-процессуального законодательства, соблюдая положения закона, вопреки неотложности следственного действия, следователи вынуждены терять время на ожидание прибытия родственников лица, которому принадлежит помещение, к месту обыска.

 

Анализ УПК стран ближнего зарубежья позволил прийти к выводу, что практически во всех государствах предусмотрена возможность приглашения представителей жилищно-коммунальной организации или местной администрации: УПК Азербайджана  (ст. 224.4), Армении  (ч. 3 ст. 227), Беларуси  (ч. 9 ст. 210, ч. 8 ст. 204), Казахстана  (ч. 5 ст. 232, ч. 14 ст. 222), Кыргызстана  (ч. 11 ст. 184, ч. 11 ст. 177), Молдовы  (ч. 2 ст. 127), Таджикистана  (ч. 10 ст. 192, ч. 8 ст. 183) и Узбекистана  (ч. 2 ст. 160). Исключением является УПК Украины - в случае отсутствия лиц в жилище или ином владении следователь обязан оставить копию постановления на видном месте в жилище или ином владении лица (ч. 4 ст. 236).

 

Нельзя не отметить, что в сегодняшней судебно-следственной практике есть отдельные случаи привлечения работников жилищно-эксплуатационной организации к участию в проведении обыска. Так, судебная коллегия по уголовным делам Ростовского областного суда согласилась с постановлением Новочеркасского городского суда, которым оставлена без удовлетворения жалоба заявителя о признании незаконным проведения обыска в квартире. В ходе проверки жалобы было установлено, что следственные органы не могли в срочном порядке обеспечить доставку родственников к месту обыска, поэтому следственное действие было проведено без них, но с приглашением понятых и участием работника жилищно-эксплуатационного управления.

 

Таким образом, резюмируя изложенное, следует отметить, что любой закон, особенно тот, который существенно ограничивает конституционные права и законные интересы граждан, должен быть написан ясно и толковаться однозначно (хотя бы специалистами в этой отрасли права), чтобы органы, ведущие уголовное судопроизводство, не оставались заложниками правового вакуума. Институту следственных действий законодатель должен уделить пристальное внимание.

Учитывая мнения ученых-процессуалистов, а также судебно-следственную практику, считаем необходимым предусмотреть в законе возможность участия при производстве обыска представителей местной администрации или жилищно-эксплуатационной организации в случаях, когда отсутствует лицо, в помещении которого производится обыск, либо совершеннолетние члены его семьи, либо его родственники, и, соответственно, право следователя производить обыск в такой ситуации. Об этом факте следователю необходимо делать запись в протоколе. Целесообразно в судебном решении зафиксировать возможность производства обыска в жилище без участия указанных лиц. В связи с этим следователь должен заранее предусмотреть сложившуюся ситуацию и обоснованно изложить ее в своем ходатайстве перед судом.