Адвокат Соков Андрей Владимирович

Телефон:
+7(908)590-52-56

Верховный суд о правилах смягчения уголовного наказания.

ВЕРХОВНЫЙ СУД О ПРАВИЛАХ СМЯГЧЕНИЯ УГОЛОВНОГО НАКАЗАНИЯ

 

 

Артеменко Наталья Викторовна, доцент юридического факультета Южного федерального университета (ЮФУ), кандидат юридических наук, доцент.

 

Шимбарева Нина Георгиевна, доцент юридического факультета Южного федерального университета (ЮФУ), кандидат юридических наук, доцент.

 

Сфера назначения наказания - сфера уголовного правосудия, в которой в наибольшей степени проявляется роль суда "как вершителя человеческих судеб". В статье анализируются позиции Верховного Суда РФ и текущая судебная практика по вопросу о применении правил смягчения наказания. В центре внимания авторов назначение наказания при одновременном наличии нескольких оснований для его смягчения, а также дискуссионные вопросы применения ст. 64 УК РФ "Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление".

 

Ключевые слова: назначение уголовного наказания, наиболее строгое наказание, обязательное смягчение наказания, формализованные правила смягчения наказания, исключительные смягчающие обстоятельства.

 

22 декабря 2015 г. Пленумом Верховного Суда РФ принято Постановление N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания". Оно заменило ранее действовавшие Постановления от 11 января 2007 г. N 2 "О практике назначения Судами РФ уголовного наказания" и от 29 октября 2009 г. N 20 "О некоторых вопросах судебной практики назначения и исполнения уголовного наказания".

Вместе с тем сохранили свою силу многие другие постановления, в которых затрагиваются такие специальные вопросы, как назначение наказания несовершеннолетним, при наличии вердикта присяжных заседателей о снисхождении, при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, при применении особого порядка судебного разбирательства уголовных дел. Всего в настоящее время при назначении наказания суд должен учитывать рекомендации порядка десяти постановлений Пленума Верховного Суда, не считая тех, которые касаются особенностей квалификации и наказуемости отдельных видов преступлений.

 

В новом Постановлении внимание сконцентрировано главным образом на двух группах актуальных правоприменительных проблем. Прежде всего это правила назначения наказаний, не связанных с лишением свободы. Судебная статистика последних лет демонстрирует очевидную тенденцию сокращения применения реального лишения свободы (за последние три года менее одной трети (27 - 29%) от общего количества осужденных). Между тем трудности, связанные с назначением таких видов наказания, как штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, обязательные и исправительные работы, ограничение свободы, до сих пор оставались вне поля зрения Пленума.

 

Другая группа проблем - применение специальных правил назначения наказания, в том числе правил его обязательного смягчения. Обязательное четко фиксированное законодателем смягчение или усиление наказания, предусмотренное Уголовным кодексом, в современной научной литературе получило название формализованных правил или формализованных критериев назначения наказания .

 

Очень важен вопрос о том, какое наказание в ст. ст. 62, 65, 66, 68, 69 УК РФ следует считать наиболее строгим. Само по себе словосочетание "наиболее строгое наказание" в уголовном праве используется в различных аспектах: 1) применительно к определению места того или иного вида наказания в системе наказаний в целом (ст. 44 УК РФ); 2) при выборе наказания применительно к принципу экономии репрессии в ст. 60 УК РФ; 3) при применении правил обязательного смягчения или усиления наказания в ст. ст. 62, 64, 65, 66, 68, 69, 70, 88 УК РФ. В последнем случае это понятие играет роль законодательного ограничителя пределов судейского усмотрения при назначении наказания.

 

Отметим, что в ч. ч. 1 и 2 ст. 62 УК РФ говорится о наиболее строгом виде наказания, предусмотренном соответствующей статьей Особенной части УК. Аналогичный текст содержит и ст. 66 УК РФ. Однако в ч. 5 ст. 62 УК РФ использованы другие слова - "наиболее строгий вид наказания, предусмотренный за совершенное преступление". Такая же формулировка содержится и в ст. 68 УК РФ. Указанные на первый взгляд незначительные текстуальные различия тем не менее повлекли разночтения в трактовке рассматриваемого понятия.

Так, А.И. Рарог полагает, что под наиболее строгим наказанием следует понимать наиболее строгое наказание, установленное санкцией, а потому в случае назначения лицу иного вида наказания его срок или размер сокращению не подлежит. Согласно другому мнению ограничения наказания касаются срока или размера того вида наказания, которое фактически может быть назначено осужденному с учетом положений Общей части УК РФ. Для подобной позиции есть основания. Например, в ч. 4 ст. 62 УК РФ: "В случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, если соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь, эти виды наказания не применяются. При этом срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, в виде лишения свободы, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса" (здесь и далее выделено нами. - Авт.).

 

И в судебной практике встречались соответствующие второму подходу решения. Так, по уголовному делу в отношении Щербины, осужденной за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, было отмечено, что "согласно ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы осужденной назначено быть не могло, поскольку она впервые совершила преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 108 УК РФ, которое отнесено к категории небольшой тяжести, поэтому наказание в виде ограничения свободы является наиболее строгим видом наказания, подлежащим применению".

 

Эта позиция поддерживалась и Верховным Судом РФ, который разъяснил, что "при назначении наказания осужденному по делу, рассмотренному в особом порядке, необходимо применение совокупности правил: во-первых, о назначении наказания, не связанного с лишением свободы, за преступление небольшой тяжести, т.е. о выполнении требования ч. 1 ст. 56 УК РФ о невозможности назначения лишения свободы; во-вторых, об учете правила ч. 5 ст. 62 УК РФ, т.е. об исчислении 2/3 не от срока лишения свободы, а от срока (размера) следующего по строгости наказания из числа указанных в санкции статьи УК РФ".

 

Новое же Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" под наиболее строгим видом наказания понимает "тот из перечисленных в санкции статьи вид наказания, который является наиболее строгим исходя из положений статьи 44 УК РФ. При этом не имеет значения, может ли данный вид наказания быть назначен виновному с учетом положений Общей части УК РФ (например, ч. 1 ст. 56 УК РФ). Правила ст. ст. 62, 65, 66 и 68 УК РФ не распространяются на случаи назначения менее строгого вида наказания, указанного в санкции статьи Особенной части УК РФ, за совершенное преступление и дополнительного наказания" (п. 33).

Однако в п. 37 того же Постановления определено, что "правила части 3 статьи 62 УК РФ о неприменении положений части 1 этой статьи не распространяются на лиц, которым в силу закона не назначается пожизненное лишение свободы", т.е. для несовершеннолетних, женщин, мужчин, достигших 65 лет, а также для лиц, совершивших неоконченные преступления, наиболее строгим будет тот вид наказания, который может быть им назначен с учетом установленного законом запрета применения к ним смертной казни и пожизненного лишения свободы. Уместно также напомнить, что и в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. N 1 "О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних" указывается: "Положения части 1 статьи 62 УК РФ в отношении несовершеннолетнего подлежат применению с учетом требований части 6 статьи 88 УК РФ".

Таким образом, отмеченное выше противоречие между пониманием наиболее строгого наказания как того, которое предусмотрено в санкции статьи Особенной части, и наиболее строгого наказания, которое реально может быть назначено виновному с учетом установленных законом ограничений, сохраняется. Повод для дискуссии остается.

В Уголовном кодексе имеется порядка десяти оснований для обязательного смягчения или усиления наказания, большая часть из которых предполагает именно его смягчение. Существенные затруднения в судебной практике вызывает назначение наказания при одновременном наличии нескольких оснований для обязательного смягчения наказания. В уголовном законе правила на этот счет отсутствуют. Позиция же высшей судебной инстанции по этому вопросу сформировалась не сразу, является итогом достаточно длительного и противоречивого развития.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. N 40 "О практике назначения судами уголовного наказания" предписывалось их последовательное применение. Однако в 2004 г. Президиум Верховного Суда РФ при рассмотрении одного из уголовных дел указал, что "признание явки с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, не влечет за собой обязательного назначения наказания, в размере не более трех четвертей от возможного назначения наказания, с учетом ст. 65 УК РФ". Президиум мотивировал свое решение тем, что "применение и ст. 65 УК РФ, и ст. 62 УК РФ законодатель связал именно с максимальной санкцией соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ, а не с последовательным применением этих норм" <9>. Эта же позиция нашла отражение и в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2005 г. N 23 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей".

 

Но уже в Постановлении от 5 декабря 2006 г. N 60 "О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел", а потом и в Постановлении от 11 января 2007 г. N 2 "О практике назначения судами РФ уголовного наказания" мы вновь встречаемся с рекомендациями последовательного учета правил назначения наказания <10>. Вскоре, однако, высшая судебная инстанция вновь корректирует позицию, определив, что "при установлении обстоятельств, предусмотренных как частью 1, так и частью 2 статьи 62 УК РФ, наказание назначается по правилам части второй этой статьи" <11>. Тем самым Верховный Суд четко определяет, что ч. 2 ст. 62 УК РФ выступает специальной нормой по отношению к ч. 1 этой же статьи (именно поэтому невозможно их последовательное применение).

В литературе неоднократно указывалось на то, что последовательный учет ведет к чрезмерному смягчению наказания. В некоторых случаях такой подход способен привести к ситуации, когда верхний предел исчисленного таким образом наказания оказывается меньше установленного законом нижнего предела санкции. Новое Постановление предложило решение этого вопроса (п. 34). Однако осталось неясным, чем ограничен минимальный размер возможного наказания, если санкция статьи имеет нижний предел, так как Верховный Суд указал на невозможность лишь превышения исчисленного с применением ст. ст. 62 и 66 УК РФ наказания. Например, лицо признано виновным по ч. 1 ст. 30 и п. "а" ч. 2 ст. 205 УК РФ как участник приготовления к совершению террористического акта. Им было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. При последовательном применении положений ч. 2 ст. 66 и ч. 2 ст. 62 УК РФ получается, что ему может быть назначено наказание, не превышающее 5 лет лишения свободы, тогда как минимум санкции составляет 10 лет. Возникает впечатление, что в таких случаях может быть назначено только исчисленное наказание, а санкция из относительно определенной трансформируется в абсолютно-определенную.

 

Аналогично предложено разрешать вопрос и о конкуренции процессуальных оснований обязательного смягчения наказаний: досудебного соглашения о сотрудничестве (ч. 2 ст. 62) и особого порядка судебного разбирательства (ч. 5 ст. 62). Применению подлежит ч. 2 ст. 62 УК РФ как закрепляющая более льготный порядок смягчения наказания, в то время как ч. ч. 1 и 5 ст. 62 УК РФ не являются взаимоисключающими, в них речь идет о самостоятельных основаниях, которые могут применяться независимо друг от друга, на что Верховным Судом было обращено внимание в ответах на вопросы по применению положений Федеральных законов от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ и от 7 марта 2011 г. N 26-ФЗ.

 

Еще одна ситуация, в которой не требуется последовательный учет - назначение наказания при вердикте присяжных о снисхождении при наличии основания для одновременного применения ч. 1 ст. 62 УК РФ. Верховный Суд РФ ориентирует в этом случае на приоритетное применение ст. 65 УК РФ .

"...применение части 1 статьи 65 УК РФ при наличии обстоятельств, предусмотренных пунктами "и" и "к" части 1 статьи 61 УК РФ, не влечет за собой последовательного применения этих норм (ч. 1 ст. 65 и ч. 1 ст. 62. - Прим. авт.), поскольку законодателем определен порядок назначения наказания лишь с учетом максимальной санкции Особенной части Уголовного кодекса" (п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2005 г. N 23 "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей").

 

Таким образом, к настоящему времени сформировались достаточно сложные правила обязательного смягчения наказания, предусмотренные ст. ст. 62, 65, 66 УК РФ, сочетающие как последовательный, так и приоритетный учет соответствующих обстоятельств при стечении их в рамках одной уголовно-релевантной ситуации.

 

1. Вначале применяются правила назначения наказания за неоконченное преступление (ст. 66 УК РФ), а затем иные основания смягчения наказания . При этом любые сочетания указанных обстоятельств учитываются последовательно после применения ст. 66 УК РФ. Например, при наличии оснований после ст. 66 УК последовательно могут быть применены ч. 1 или ч. 2 ст. 62 или ст. 65 УК РФ.

 

2. При сочетании в рамках одного уголовного дела иных оснований обязательного смягчения наказания возможен как последовательный, так и приоритетный их учет. Так, стечение ч. ч. 1 и 2 ст. 62 УК РФ либо ч. 1 ст. 62 и ст. 65 УК РФ предполагает выбор: при наличии досудебного соглашения о сотрудничестве применяется ч. 2 ст. 62 УК РФ и исключается применение ч. 1 той же статьи <16>; при наличии вердикта присяжных о снисхождении применяется ст. 65 и также исключается применение ч. 1 ст. 62 УК;

 

3. Части 1 и 2 ст. 62 УК РФ могут сочетаться с ч. 5 этой же статьи. Но алгоритм их применения разный. Если ч. 1 и ч. 5 ст. 62 УК РФ содержат самостоятельные (материальное и процессуальное) основания смягчения наказания, что предполагает их последовательное применение, то ч. 2 и ч. 5 находятся в состоянии конкуренции, и применению подлежит норма, устанавливающая наиболее льготный режим назначения наказания для виновного, т.е. ч. 2 ст. 62 УК РФ .

 

4. Возможна ситуация, не отраженная в Постановлении от 22 декабря 2015 г. N 58, в которой одновременно имеются основания для применения ч. 2 ст. 62 и ст. 65 УК РФ. Каждое из них относится к числу процессуальных, а потому, по нашему мнению, требует применения правил приоритетного учета более льготного основания, каковым в данном случае является заключение виновным досудебного соглашения о сотрудничестве.

Рассмотренные выше правила обязательного смягчения наказания остаются предметом научной дискуссии, неоднозначно трактуются специалистами в области уголовного права, активно обсуждаются в научно-практической литературе <18>. Одно из мнений, заслуживающих внимания и обсуждения, состоит в том, что при совокупности правил обязательного смягчения назначаемого наказания предпочтительнее применять правила конкуренции, а не последовательного учета .

 

На смягчение назначаемого наказания направлена также ст. 64 УК РФ "Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление", которая по отдельным весьма распространенным категориям уголовных дел (прежде всего это касается коррупционных преступлений) демонстрирует далеко не эпизодичное применение. На запрос "суд полагает признать обстоятельства исключительными" на сайте http://sudact.ru за 2014 и 2015 гг. выпадает порядка тридцати тысяч решений судов, когда наказание назначено с применением ст. 64 УК РФ (что составляет около 5% от общего количества осужденных в соответствующие периоды).

Несмотря на то что эта норма является для отечественного уголовного правосудия традиционной, ее толкование и применение продолжает вызывать затруднения.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2016 г. N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", дословно повторяя текст закона, указывает, что исключительным может быть признана не только совокупность, но и отдельное смягчающее обстоятельство. Однако в изученных авторами обвинительных приговорах в различных сочетаниях встречалась только совокупность смягчающих обстоятельств, которую суд признавал исключительной. Причем это чаще всего различные формы деятельного раскаяния (признание вины, раскаяние в содеянном, способствование расследованию преступления, возмещение причиненного ущерба и т.п.) или признаки, характеризующие личность виновного. Приведем соответствующие суждения судов, отражающие их оценку анализируемых нами обстоятельств.

1. "Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств: явку с повинной, активное способствование расследованию преступления, полное признание вины, раскаяние в содеянном, суд полагает данные обстоятельства исключительными, существенно уменьшающими общественную опасность преступления, и считает возможным назначить Ю.В. Узун-Оглы наказание с применением ст. 64 УК РФ".

 

2. "Учитывая установленные по делу смягчающие вину Лукьянова В.Н. обстоятельства: полное признание вины, раскаяние в содеянном, явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние его здоровья, а также принимая во внимание молодой возраст подсудимого, суд полагает признать их исключительными и назначить ему на основании ст. 64 УК РФ наказание ниже низшего предела".

 

3. "Суд принимает во внимание и то обстоятельство, что подсудимый, в раннем возрасте потеряв обоих родителей, воспитывался в приемной семье, в связи с чем мог получить недостаточное воспитание, а также то, что до службы в армии характеризовался в целом положительно... Признавая данное обстоятельство исключительным, суд... назначает подсудимому... более мягкий вид наказания, чем предусмотрен упомянутой санкцией...".

 

Как следует из этих примеров, в совокупности обстоятельств, реально учитываемых судом в качестве исключительных, нередко указываются относящиеся к личности подсудимого (состояние здоровья, молодой возраст, наличие детей на иждивении и т.п.). Такая практика, по нашему мнению, вполне соответствует целям и смыслу закона.

Что же касается признания исключительными смягчающими обстоятельствами различных форм деятельного раскаяния, то по этому поводу обнаруживаются и другие решения. Показательным в этом плане является следующий пример. А. осужден по ч. 3 ст. 290 УК РФ (в редакции Закона от 4 мая 2011 г.), наказание ему назначено с применением ст. 64 УК РФ в виде штрафа в доход государства в размере 6-кратной суммы взятки, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах сроком на 2 года. Отменяя данный приговор вследствие чрезмерной мягкости назначенного наказания, судебная коллегия Саратовского областного суда в кассационном определении указала, что "совокупность изложенных в приговоре смягчающих обстоятельств нельзя признать исключительными в том смысле, который придается данному понятию в ч. 1 ст. 64 УК РФ. Такие обстоятельства, как признание вины в конце судебного следствия, положительные характеристики, наличие на иждивении малолетнего ребенка, не связаны с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время или непосредственно после совершения преступления".

 

При наличии исключительных обстоятельств суд имеет право выбрать один из трех альтернативных способов обязательного смягчения наказания: наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного санкцией, или суд может назначить более мягкий вид наказания, или не применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в качестве обязательного. "Из трех способов назначения наказания, предусмотренных в ст. 64 УК, - пишет И.Э. Звечаровский, - в данном конкретном случае применению подлежит только один из них, поскольку способы чрезвычайного смягчения наказания определены в законе с использованием разделительного союза "или".

 

Между тем в судебной практике встречается одновременное применение нескольких вариантов смягчения наказания. Так, Темниковский районный суд Республики Мордовия в приговоре по уголовному делу N 22-991/2014 назначил наказание Муратову Р.А. и Муратову Д.Р. по п. "а" ч. 2 ст. 204 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ в виде штрафа каждому ниже низшего предела и без дополнительного вида наказания, являющегося обязательным <26>. В Апелляционном определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 4 февраля 2014 г. N 19-АПУ14-1 по делу в отношении Курбанова И.К., осужденного приговором Ставропольского краевого суда, в том числе по ч. 1 ст. 210 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ, к 6 годам лишения свободы без ограничения свободы, подтверждена обоснованность и справедливость вынесенного приговора, в котором правила ст. 64 УК РФ были применены дважды: основное наказание назначено ниже низшего предела и не назначено дополнительное обязательное наказание .

 

Подобная практика, по нашему мнению, также отражает смысл и дух соответствующих законодательных постановлений.

В этом же русле следует рассмотреть еще один вопрос, имеющий важное значение для применения тех санкций, в которых в качестве обязательного предусмотрено дополнительное наказание в виде штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью либо ограничения свободы. Можно ли их назначить ниже низшего предела или же в отношении дополнительных наказаний действует только правило об их применении/неприменении? К примеру, в приговоре Хангаласского районного суда (Республика Саха (Якутия)) от 23 ноября 2015 г. N 1-136/2015 говорится: "...суд признает данные обстоятельства исключительными при определении дополнительного наказания в виде штрафа и полагает... назначить дополнительное наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией закона".

 

Другой пример. Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 3 июня 2013 г. N 83-АПУ13-1 оставлен без изменения приговор в отношении Щеглова Р.В., осужденного по ч. 3 ст. 290 УК РФ к наказанию в виде 3 (трех) лет лишения свободы, со штрафом в размере двукратной суммы взятки с применением ст. 64 УК РФ... с лишением права на 2 (два) года занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, либо выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях; по ч. 2 ст. 290 УК РФ к 2 (двум) годам лишения свободы, со штрафом в размере двукратной суммы взятки с применением ст. 64 УК РФ... с лишением права на 2 (два) года занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти либо выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях". Таким образом, суд первой инстанции применил ст. 64 УК РФ только к обязательному дополнительному виду наказания в виде штрафа, а Судебная коллегия Верховного Суда РФ подтвердила обоснованность и справедливость назначенного наказания.

 

Та точка зрения, что назначение наказания ниже низшего предела, установленного санкцией статьи Особенной части УК, относится исключительно к его основному виду, не вытекает буквально из текста закона, в котором использован обобщающий термин "наказание". В условиях перманентных изменений уголовного законодательства и динамичного развития правоприменительной практики на первый план выходит телеологическое, а не лексическое и грамматическое толкование уголовного закона. Если формирующаяся правоприменительная практика очевидно направлена на достижение целей и задач уголовно-правового регулирования, а прямой законодательный запрет для принятия соответствующих решений отсутствует, подобная практика может и должна быть поддержана.