Телефон:
+7 (908) 590-52-56

Получить консультацию

Задержание и заключение под стражу несовершеннолетнего.

ЗАДЕРЖАНИЕ И ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПОД СТРАЖУ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО

 

 

Лавдаренко Людмила Ивановна, доцент кафедры организации и методики уголовного преследования Иркутского юридического института (филиала) Академии Генеральной прокуратуры РФ, кандидат юридических наук, доцент.

 

В статье рассматривается международно-правовой стандарт ограничения свободы и личной неприкосновенности в отношении несовершеннолетних при производстве по уголовным делам. Автором отмечается несоответствие норм УПК РФ, регулирующих задержание и заключение под стражу, стандарту применения такого принуждения "в качестве крайней меры и в течение кратчайшего периода времени", предлагаются пути решения рассматриваемой проблемы.

 

Ключевые слова: международно-правовые стандарты, особенности производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних, лишение свободы и личной неприкосновенности, задержание, заключение под стражу, исключительность, крайняя мера.

 

Россия, ратифицировав ряд документов в области охраны прав и свобод несовершеннолетних и признав их юридическую силу, взяла обязательство привести свое национальное законодательство в соответствие с нормами, закрепленными в этих документах. В связи с этим возникает вопрос о соответствии международным стандартам норм, а также правоприменительной практики по применению к несовершеннолетним мер принуждения, ограничивающих свободу и личную неприкосновенность, в российском уголовном судопроизводстве.

Согласно Минимальным стандартным правилам ООН, касающимся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила, приняты 29 ноября 1985 г.), содержание под стражей несовершеннолетних до суда должно применяться лишь в качестве "крайней меры и в течение кратчайшего периода времени" (п. 13.1); предлагается во всех возможных случаях заменять содержание под стражей другими альтернативными мерами (п. 13.2). При сравнении этих Правил с общими (относящимися к взрослым) правилами ограничения свободы и личной неприкосновенности (ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и др.) по отношению к несовершеннолетним очевиден особый, более гуманный подход. Так, в соответствии с общими правилами "содержание под стражей лиц, ожидающих судебного разбирательства, не должно быть общим правилом", тогда как в отношении несовершеннолетних лишение свободы допускается, во-первых, "в качестве крайней меры" и, во-вторых, оно возможно "в течение кратчайшего периода времени".

Особый подход к порядку производства по делам несовершеннолетних, в том числе к регулированию мер принуждения, ограничивающих свободу и личную неприкосновенность, известен отечественному уголовно-процессуальному законодательству. Он обнаруживается в УПК РСФСР 1960 г. в гл. 32, закрепляющей особенности уголовного процесса по делам несовершеннолетних. Эти особенности заключались в том, что задержание и заключение под стражу несовершеннолетнего могли применяться в исключительных случаях и при этом должна была учитываться тяжесть совершенного несовершеннолетним преступления (ст. 393 УПК РФ). Определения исключительности случая в законе не давалось. В юридической науке и судебно-следственной практике под этим термином стала пониматься совокупность обстоятельств, относящихся к тяжести содеянного и личности несовершеннолетнего. В одном из комментариев к УПК РСФСР 1960 г. применение заключения под стражу в соответствии с данным положением предлагалось рассматривать как возможное тогда, "когда по совокупности обстоятельств, характеризующих содеянное, условия жизни и воспитания, среду, особенности личности несовершеннолетнего, его отношение к содеянному и последующее поведение, арест представляет единственно возможную в данных условиях меру". Несмотря на оценочный характер термина "исключительный случай", его введение в норму, регламентирующую задержание и заключение под стражу несовершеннолетнего, безусловно, ориентировало правоприменительную практику на особый подход в их применении и являлось шагом вперед на пути обеспечения повышенной юридической охраны этого участника процесса.

 

Стремление обеспечить более высокий по сравнению с взрослыми уровень охраны интересов несовершеннолетнего было продемонстрировано законодателем и при разработке действующего УПК РФ, в частности в отношении заключения под стражу, реализовать идею во всех возможных случаях заменять содержание под стражей другими, альтернативными мерами, направленными на воспитание несовершеннолетних и не связанными с изъятием из семей. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 423 УПК РФ при решении вопроса об избрании меры пресечения к несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому в каждом случае должна обсуждаться возможность применения такой меры, как отдача его под присмотр. Вместе с тем многие общепризнанные принципы и нормы международного права в отношении производства по делам о преступлениях несовершеннолетних не нашли отражения в УПК РФ, за что Кодекс подвергся справедливой критике со стороны известного ученого С.П. Щербы и других процессуалистов .

 

Особую обеспокоенность вызывает то, что в УПК РФ не получил развития международно-правовой принцип применения к несовершеннолетнему лишения свободы в качестве крайней меры и в течение кратчайшего периода времени. Законодатель отказался от включения в уголовно-процессуальный закон требования прежнего Кодекса об исключительности применения к несовершеннолетнему задержания и заключения под стражу. В соответствии с ч. 1 ст. 423 УПК РФ данные меры принуждения в отношении несовершеннолетнего производятся в порядке, предусмотренном ст. 91, 97, 99, 100 и 108 Кодекса, т.е. по общим с взрослым обвиняемым (подозреваемым) правилам. Исключительность предусмотрена лишь относительно заключения под стражу несовершеннолетнего, когда он подозревается или обвиняется в совершении преступления средней тяжести (ч. 2 ст. 108 УПК РФ). Вероятно, по мысли законодателя, определение круга преступлений (тяжких и особо тяжких) и установление положения об исключительности случая относительно обвинения (подозрения) в совершении преступления средней тяжести позволят оградить несовершеннолетних от широкого применения к ним заключения под стражу. В таком подходе есть своя логика: как свидетельствует статистика, несовершеннолетние в подавляющем большинстве случаев привлекаются к уголовной ответственности за совершение преступлений небольшой и средней тяжести и редко - за совершение тяжких и особо тяжких. Тем не менее проблема применения к несовершеннолетнему лишения свободы в качестве крайней меры и в течение кратчайшего периода времени осталась нерешенной. Нет полной ясности по установлению исключительности заключения под стражу несовершеннолетнего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести. Данное предписание содержится в ст. 108 УПК РФ, регулирующей общий порядок применения заключения под стражу и уже содержащей выражение "исключительные случаи". Причем если относительно заключения под стражу в общем порядке перечислены обстоятельства, обусловливающие исключительность случая, то в отношении заключения под стражу несовершеннолетнего они не названы. Оценочный характер категория "исключительный случай" приводит к различному его толкованию в юридической науке  и правоприменительной практике. Такая регламентация заключения под стражу несовершеннолетнего не согласуется с озвученным в решениях Европейского суда по правам человека требованием законности к процедуре лишения свободы.

 

Обращает на себя внимание и то, что по общим правилам применение заключения под стражу допускается к субъекту, находящемуся в статусе подозреваемого. Подозрение с формально-юридической стороны означает, что еще недостаточно доказательств для вынесения постановления о привлечении определенного лица в качестве обвиняемого, то есть недостаточно доказательств, позволяющих утверждать, какое именно деяние, предусмотренное уголовным законом (тяжкое, особо тяжкое и т.д.), совершено и что данное деяние совершено именно этим лицом. Международно-правовому стандарту процедуры заключения под стражу соответствует незамедлительное выдвижение обвинения, основанное на совокупности доказательств, подтверждающих причастность лица в совершении конкретного преступления (пп. "a" п. 3 ст. 6 Римской конвенции). Как представляется, возможность заключения под стражу несовершеннолетнего, имеющего статус подозреваемого, не соответствует принципу обеспечения повышенной юридической охраны этого участника процесса.

Если обратиться к правилам задержания несовершеннолетнего, то в отношении условий, оснований и процедуры они вообще не содержат каких-либо особенностей по сравнению с правилами задержания взрослого. Такая регламентация вызывает недоумение, учитывая, что задержание производится без судебного решения, в неотложной ситуации, осуществляется в отношении лица, которое лишь подозревается в совершении преступления. И еще одно обстоятельство, на котором нельзя не остановиться: в соответствии с общими правилами задержание может применяться при подозрении лица в совершении любого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы (ч. 1 ст. 91 УПК РФ), а в уголовном законе, как известно, таких преступлений большинство. Следует заметить, что своего рода гарантией от неоправданно широкого применения задержания несовершеннолетних является сложившийся в правоприменительной практике подход, в соответствии с которым задержание оценивается как правомерное, если в последующем применялась мера пресечения в виде заключения под стражу, и, соответственно, неправомерное, если она не применялась. Такой подход находит объяснение в процессуальной науке. Так, ряд авторов считают, что задержание занимает подчиненное место к заключению под стражу и выступает в качестве его начального этапа. Между тем точка зрения на задержание как первоначальный этап заключения под стражу имеет свою негативную сторону, заключающуюся в том, что при применении задержания в последующем всегда должен ставиться вопрос о заключении лица под стражу. То есть обусловленность задержания последующим заключением под стражу, с одной стороны, выступает сдерживающим фактором широкого применения задержания, но, с другой стороны, таит опасность принятия необоснованного решения о заключении под стражу в связи с необходимостью подтверждения правомерности состоявшегося задержания.

 

Таким образом, в УПК РФ не только не получила развития идея о применении к несовершеннолетнему лишения свободы в качестве крайней меры и в течение кратчайшего периода времени, но и сделан шаг назад от достигнутого в отечественном процессуальном законодательстве по пути реализации данной идеи. Это напрямую отразилось на правоприменительной практике: по данным Уполномоченного по правам человека, число арестованных несовершеннолетних в первые два года действия УПК РФ возросло более чем в два раза. До настоящего времени заключение под стражу к несовершеннолетним продолжает оставаться широко применяемой мерой пресечения. Такая ситуация с применением самой жесткой меры пресечения к несовершеннолетним не может не вызывать тревогу в обществе, среди представителей власти. По рассматриваемой проблеме Верховный Суд РФ в своих решениях высказал свою позицию, в соответствии с которой заключение под стражу может применяться к несовершеннолетнему лишь в качестве крайней меры и в течение кратчайшего периода времени; заключение под стражу несовершеннолетнего, подозреваемого либо обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, может быть избрано в исключительных случаях как единственно возможное в конкретных условиях с учетом обстоятельств совершенного преступления и данных о личности. В правовой литературе высказаны предложения по определению исключительности случая применительно к заключению под стражу несовершеннолетнего, когда он обвиняется (подозревается) в совершении преступления средней тяжести. Как представляется, этого недостаточно для решения проблемы соответствия международным стандартным правилам ограничения свободы и личной неприкосновенности несовершеннолетних. Возвращение в уголовно-процессуальный закон положения об исключительности задержания и заключения под стражу несовершеннолетнего также не разрешит данную проблему. Как показала судебно-следственная практика, и ранее, и в настоящее время в связи с отсутствием определения исключительности случая допускается различное, в том числе и широкое толкование перечня исключительных случаев, при наличии которых несовершеннолетних заключают под стражу. Если обратиться к русскому языку, то в этимологическом аспекте термин "исключительный" означает, с одной стороны, "исключенный, изъятый из общего ряда", а с другой стороны - "превосходный". Представляется, что использование в юридических текстах слова с широким, отчасти эмоциональным и где-то противоречивым значением требует особого внимания. Надо заметить, что принуждение, применяемое к лицам, причастным к совершенным преступлениям - событиям, находящимся за пределами общественной нормы, по сути, является "ненормой", так же, например, как деятельность врача по лечению. В этом ряду "ненормы" меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, выделяются особо. В процессуальной теории при характеристике заключения под стражу, независимо от того, к кому она применяется - к взрослому или несовершеннолетнему, эта мера пресечения именуется исключительной или крайней мерой. Вместе с тем не предлагается включить в текст закона соответствующее определение данной меры пресечения. Если допустить нормативное определение заключения под стражу как исключительной меры пресечения к взрослому, то в отношении несовершеннолетнего логичен был бы вообще запрет на ее применение. Очевидно, что в перспективе именно в этом направлении - путем замены мер принуждения, ограничивающих свободу и личную неприкосновенность, на более гуманные - должно развиваться законодательство. В настоящее же время вариантом решения рассматриваемой проблемы мог бы стать следующий: нормой, регламентирующей задержание и заключение под стражу несовершеннолетнего, предусмотреть, что применение этих мер принуждения допускается лишь в случае подозрения или обвинения его в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, когда по совокупности обстоятельств, характеризующих содеянное, особенности личности несовершеннолетнего, его отношение к содеянному и последующее поведение, задержание или заключение под стражу представляется единственно возможной в данных условиях мерой. Кроме того, необходимо исключить применение заключения под стражу в отношении несовершеннолетнего, находящегося в статусе подозреваемого.